Сергій Жадан, «Ворошиловград». Харків, «Фоліо», 2010.

У литературных критиков есть такой термин «проза поэта». Обычно, ею восхищаются за обилие метафор, внутреннюю ритмику, бывает ругают за излишнюю условность в изображаемых событиях, упрекают за отсутствие четкого сюжета. Проза Сергея Жадана – это типичная «проза поэта» со всеми присущими ей достоинствами и недостатками. Однако именно благодаря поэтическому подходу к описанию современности Сергею Жадану удается формулировать новую национальную идею. Возможно, потому что он не ставил перед собою такой задачи.

Новый роман Сергея Жадана «Ворошилоград» — своеобразное возвращение долга взрастившему его Донбассу. В этой книге он возвращается к истокам, в родной Старобельск, прообразом которого становится безымянный город, на окраине которого стоит заправка – основное место действия романа. Эта заправка принадлежит брату главного героя Германа, который внезапно исчезает куда-то в направлении Амстердама, и заботы по ведению семейного дела принимает на себя младший брат. А проблем много – на землю, на которой стоит заправка претендуют рейдеры, которые хотят засеять освободившуюся площадь кукурузой. Руководит рейдерами страшный Марлен Владленович, который катается по донбасским степям, как «демон революции» Троцкий, на собственном поезде. Словом, такая типичная донбасская история.

Реалии донбасской жизни – с ночными караванами контрабандных бензовозов и приходящими в запустение городками, переплетается с причудливыми видениями – футбольным матчем, в котором участвуют погибшие друзья детства, караваном монголов под флагом ЕС и проводницей чернокожей лесбиянкой. Хотя впрочем, кто знает, что можно встретить в нашей дикой степи?

Сергей Жадан по своим убеждениям национал-анархист, в его произведениях всегда сквозит симпатия к разного рода маргиналам, нелегалам и контрабандистам, которые обустраивают свою жизнь без участия государства. В романе «Ворошиловград» Сергей Жадан заявляет, что последним пристанищем таких свободных людей становится Донбасс, пограничный край суровых людей, выживающих за счет взаимопомощи и противостоянию внешним враждебным силам. «Адже коли ти виростаєш із цим усім, коли це вкладається в твою свідомість ще з дитинства, багато речей сприймаєш простіше й спокійніше. Є життя, яким ти живеш і яким ти не маєш права поступатись, і є смерть – місце, куди ти завжди встигнеш, тому не потрібно туди поспішати», — говорит один из героев.

Конечно, Сергея Жадана можно упрекнуть за излишнюю идеализацию «реального пацанства», да и жизнь в небольших донбасских городках ближе все же к деградации, чем к описанным автором кустурицевским цыганским страстям. Но большинство украинских авторов в поисках национальной идеи придумывают какие-то мертворожденных концепции, разыскивая рецепты обустройства дня сегодняшнего, кто в обвалившихся бандеровских схронах, кто в идеализированном мире «совка», кто и вовсе ностальгирует по «матушке Австрии». Жадан не особо заморачиваясь, рассказывая серию занимательных историй, приходит к немудреным выводам, которые могут быть близки жителям любого региона Украины, а значит, ближе всех оказывается к правде: «Все дуже просто: триматись один за одного, відбиватись від чужих, захищати свою територію, своїх жінок і свої будинки. І все буде добре. А навіть якщо не добре, то буде справедливо».

Константин Скоркин, «Восточный вариант»

GD Star Rating
loading...
Запись прочитали: 1 887