В старших классах

Я обычно дрочил и представлял себе, как я делаю минет Киппи Карверу

Он был

Младше на год

Член футбольной команды

Да

Красивый

Мускулистый и с огоньком в глазах

Но лучше всего было то

Что он всегда зажимал меня в коридорах

Кидался в меня полотенцами в раздевалке

В шутку дёргал меня за волосы

Однажды после занятий по лёгкой атлетике

Он отвёл меня в сторону

И рассказал, как его подружка

Классно делает минет

Но, — сказал он, -

Я готов поспорить,

Что ты делаешь минет лучше, чем Лиза

Мне казалось, что даже клёны

Слышат его

Он попросил меня прийти к нему в гости

Сделать ему минет

Сначала он шутил

Говорил не всерьёз

А потом притих

Занервничал

Стал серьёзным

Он позвал меня в гости

Даже жаворонки внимательно слушали его

Я был уверен, что он шутит

Хочет поймать меня на сове

Я знал

Что если я скажу «да»

Он

Немедленно

Побежит и расскажет Брюсу и Стиву и остальным

Что я пидор

Мне было холодно

Я превратил всё в шутку

Я поднял его на смех

Чтобы не показать как мне больно

Небо Иллинойса над нами трясло своей синей гривой

Вы же знаете, как выглядел легкоатлетический стадион в

Центральном Иллинойсе, весной шестьдесят восьмого яма для прыжков с шестом

Барьеры на беговых дорожках

Весенние мальчишки в тренировочных

Зелень

Зелень

Зелень повсюду, куда ни глянь

Пастельно-зелёные клёны растущие у ограды

Вдоль

Сто пятидесятого шоссе до самого боулинга Лероя

Где работала мать Киппи

Она готовила лучшую картошку фри

На свете

Конечно вы знаете как пах легкоатлетический стадион в Центральном Иллинойсе, весной шестьдесят восьмого

Ветром

Зелёным как молодая кукуруза

Двух футов от земли

Два нежных зелёных побега соединённых жёсткой

Небольшой перетяжкой

Наступи на неё и побеги засохнут

Через пару недель

Если будут хорошие дожди

Они вытянутся вдвое

Окрепнут

И если наступишь — им уже будет не страшно

Я поднял Киппи на смех

Я замёрз

Повернулся и ушёл

Хорошо, что он не поймал меня

Глаза его были как два

Грустных стеклянных шарика

Годы спустя

Однажды ночью

В Голливуде, в моей темно-лиловой комнате

Я проснулся

От крика сирены за окном

Кого-то убили

И в этот момент я думал только о Киппи

Я не вспоминал о нём годами

Наверное я мечтал о нём

Я хотел найти его

Я хотел сказать «да»

Я хотел быть там где был он

И сказать правду

Я позвонил туда где всё было зелёным туда далеко позвонил

Его матери

«Ты не слышал?» — сказала она сонным тёмно-зелёным голосом

Лесным голосом

«Киппи выстрелил себе в голову из ружья в Сан-Франциско, две недели назад

Он никак не мог решть, кто ему нравится больше, мальчики

Или девочки».

Она повесила трубку.

Каждую ночь я занимаюсь любовью с Киппи

Обнимаю его

Трогаю пальцем ямочку на щеке

Целую веки, дрожащие, как хвостик новорожденного щенка

Но дольше всего я рассказываю ему, как мне нравилась в старших классах его улыбка, такая открытая, озорная, улыбка, как лебедь распахивающий крылья

За лебедем плывут малыши, птенцы

Плывут по зелёной воде пруда

Птенцы так хрупки

Они бегут от зелёных, зелёных вод

К зелёному зелёному стадиону

К матери Киппи, она жарит картошку в боулинге всего миля отсюда

Барьеры

Ямы для прыжков с шестом

Побеги кукурузы, пытающиеся подняться

Клёны слушают Киппи, прислушиваются ко мне

Сирена…

Кого-то убили

Гадкие утята зеленеют как полотно

Те, кто бежит, наступают на них

Давят, бегут дальше

Из сборника «Нежность в аду». Перевод Линор Горалик и Станислава Львовского

GD Star Rating
loading...
Запись прочитали: 789