Как-то режиссер Михаил Алдашин увидел в одной книге средневековый барельф: три короля лежат в одной кровати, а ангел будит их и указывает на огромную, как ромашка, Вифлеемскую звезду. Именно из этой забавной апокрифической сценки, изображавшей королей, ночующих, словно крестьяне, вместе на одних полатях, выросло «Рождество» — один из самых красивых и лиричных российских мультфильмов 1990-х. Евангельская история нарисована в наивной детской манере и рассказана очень просто, даже простодушно. Вот ангел, принесший Марии благую весть, вытирает о рукав упавшую с дерева грушу и с хрустом откусывает кусок. Вот бородатый здоровяк Иосиф починяет крышу и мастерит табурет, а рыжеволосая Мария, перед тем как купать младенца, пробует локтем воду в лохани — не горяча ли? Евангельский сюжет не просто «одомашнивается», но и превращается в добрую сказку: ангел разнимает дерущихся пастухов, словно двух школьников, а потом начинает что-то рассказывать рыбам, показывая им большую интересную книжку. Все это рассказано без единого слова под Баха и Бетховена — величественная музыка, работающая на контрасте с нарочито бытовым визуальным рядом, придает трогательно-нежной истории дополнительную глубину. Впрочем, и музыка тоже одомашнивается и становится чуть ли не народной: оказывается, седьмую симфонию Бетховена можно превратить в колыбельную, а можно водить под нее хоровод, что и делают в финале фильма волхвы, пастухи, зайцы и овечки — а Мария прикладывает палец к губам и просит оркестр ангелов играть потише, чтобы не разбудить малыша.
По материалам Forbs.ru

GD Star Rating
loading...
Запись прочитали: 921