— Привет, у тебя есть голова?
(Ощупываю)
— Вроде бы есть.
— Поделишься?
(Появляется странное чувство)
— Чем?
— Как чем? Головой же, головой!
(Странное чувство переходит в подозрительность)
Ловкая пауза.
— Я же тебе объясняла вчера – мне нужна голова, гипсовая, для рисунка.
(Легкость бытия)
— Ах, гипсовая!…Знаешь, у меня где-то Ленин был.
— Вот и славненько.
— Подожди. Дослушай сначала. Ленин сейчас на работе, а я в другом городе. Кроме того, он тяжелый.
— Дыкть, я подъеду и заберу. Диктуй адрес.
— И как ты ее дотащишь? Я же сказала – тяжелая голова, килограммов под двадцать. И вообще – мне сейчас кажется, голова никакая не гипсовая, а мраморная. И не пустая, а цельная.
Молчание. Вечер.
— Привет, солнце. У меня тут девочка-художник голову искала. У тебя не завалялось чего-нибудь подходящего?
— Представляешь, как раз завалялась. Только я ее плохо покрасила.
—Ты ее – что?
— Я ее покрасила. В фиолетовый. Но краски хватило только наполовину.
(Мое воображение отбивает чечетку)
— А чья она хоть?
— Кто?
— Ну, голова.
— А черт ее знает. Выглядит анатомической. Может, какого-то писателя.
Поздний вечер. Засыпаю. Мне снятся головы – голубые, фиолетовые, лиловые.
Так и проходит слава.

GD Star Rating
loading...
Запись прочитали: 266