Виктор Пелевин «Т». М.: ЭКСМО, 2009

В словаре терминов московского концептуализма есть чудесный термин «гнилые места золотого нимба». Так Андрей Монастырский обозначил «эстетическую критику наиболее сакральных мест любых идеологий». Именно этим на протяжении многих лет занимается Виктор Пелевин.

Начав с деконструкции трупа советского тоталитаризма, он не менее успешно препарировал и опарышей, выползших из гниющей туши – постсоветский капитализм, олигархию, демократию, медиакратию и далее, несть им числа и отпору. При этом, ковыряясь в малоприятных субстанциях, Виктор Олегович хранил на лице загадочную буддистскую улыбку.

«Т» — наверное, один из самых литературо-центричных романов Пелевина. Главный герой граф Т. – иронический клон Толстого – в течении романа скитается в поисках Оптиной Пустыни в лабиринте мнимостей и пустот, в который его помещает сонм злых демиургов, в которых в свою очередь узнаются популярные персонажи московской литературной тусовки. Он герой книги, которую пишет бригада бойких литераторов, и в зависимости кто из «негров», на данный момент работает над ней, то и думает, чувствует, видит герой. Графу Т. предстоит пройти через ряд испытаний, что бы понять кто он Герой, Читатель или Автор.

- «Бог» — просто бренд на обложке, — ухмыльнулся Ариэль. – Хорошо раскрученный бренд. Но текст пишут все окрестные бесы, кому только не лень.

Но Пелевин бы не был Пелевиным, если бы на эту литературно-метафизическую притчу не навернул бы массу актуальных рассуждений о современности, на ее очередном витке. Вот, например, о мировом финансовом кризисе:

В этот раз даже объяснять ничего не стали. Раньше в таких случаях хотя бы мировую войну устраивали из уважения к публике. А теперь вообще никакой подтанцовки. Пришельцы не вторгались, астероид не падал. Просто женщина-теледиктор объявила тихим голосом, что с завтрашнего дня все будет плохо.

Либеральные и силовые чекисты, откаты, оффшоры, чеченцы – все эти бесы современности проглядывают сквозь страницы текста, в котором существует граф Т. Пелевинское пространство текста берет именно этим – вроде бы все мнимо и виртуально, и в тоже время очень телесно и зримо. Подставное убийство по правилам несуществующего ритуала, но труп-то, труп-то реальный. Свинцовое небо над головой и сомнения во всем внутри.

Но самое любопытное в том, что главным-то демиургом внутри текста которого существуем мы и есть Виктор Пелевин. Его влияние на умы образованного класса можно вполне сравнить со степенью влиянию того самого графа Толстого в свое время. Собственно Пелевин — это и есть граф Т.

GD Star Rating
loading...
Запись прочитали: 1 478