Фрау Магдалена К-ц, насельница ничтожного, восстановленного из руин второй Мировой, а до того разбомбленного в пыль и мельчайший щебень добрыми англосаксами, микроскопического (но заслуженно гордящегося славой столицы южнонемецкого ювелирного дела) скушного, составленного из бетонных коробок городка между Штуттгартом и Карлсруе, так вот, означенная фрау уговаривала меня несколько лет назад непременно посмотреть один мультфильм, название которого она позабыла. Там что-то было про Наутилус, но не по Ж. Верну и даже не по В. Бутусову. Я тогда, помнится, вежливо поблагодарил за рекомендацию и снова переключил свое внимание на восхитительный, бесконечно ароматный, затерянный в бескрайнем океане бурого охотничьего соуса венский шницель. Какой был шницель… Ведь каких-то триста километров к северу — и пиво уже начинают разливать в бокалы по 0,33 л., а приличного винера с ягерзоссе и картофельзалат днем с огнем не найдешь, молчу уж о шпэтцле. Впрочем, там есть шанс выпить аутентичного апфельвайна. Ах, пустое, пустое, к чему я травлю свою взалкавшую гастрономической Европы душу! Я лучше про мультик.

За прошедшее с тех пор время я обзавелся детьми, благодаря которым мне и пришлось посмотреть рекомендованный фрау К-ц синематографический опус. Называется он «В поисках Немо». В общем, без длинных предисловий (я терпеть не могу предисловий, и вы, наверняка, тоже) Пелевин облажался. Сел в лужу, промахнулся, как Акела. Самый пелевинский, самый буддистско-пропедевтический персонаж оказался выписан не им, а глупым коллективным диснеем (который, знамо дело, не ведал сам, что творил). Я имею в виду рыбку Дори с отшибленной кратковременной памятью. Эта зверушка — сама себе колесо сансары. Каждую минуту у нее начинается новое перерождение, в которое она вступает не помня, ни где она, ни что она; заново знакомится с окружающими и прочее такое. Все нормальные люди (и диснеевские рыбы) связаны со своим «часом назад» причинно-следственной связью, а Дори — связью кармической, загадочной. Просто готовое наглядное пособие для проповедников анатмана. Я был доволен, а Виктору Олеговичу впору сгореть со стыда и отдать свой «букер» в Фонд Мира.

Я писал уже о том, что требование прекратить легитимацию общества через его прошлое (так красиво обычно выглядит отречение de facto от позитивного исторического опыта) приводит к появлению этакой коллективной Дори. Рискую наскучить повторами, но мне хотелось бы особо подчеркнуть один момент. Рациональное по форме картезианское предложение опираться на то, что рядом, а не на отдаленные во времени и пространстве сущности реально приводит к торжеству иррационализма, ибо рыбка Дори живет в мире чудес, а не вещей. Одно из возможных определений чуда — неожиданная связь между предметами. Для Дори все социальное неожиданно: действующие лица ведут себя, с ее точки зрения, непредсказуемо, ведь их действия обусловлены воспоминаниями, которых у Дори нет.

Это вечный циклический Восток, из которого не выбраться. Западный человек, даже лузер, счастлив: мир помнит о нем столько же, сколько и он о мире. Успешных людей отличает еще большая памятливость: они помнят о мире гораздо больше, чем мир помнит о них. Именно благодаря памяти человек становится хозяином жизни. Одна из классических формул претензии на доминирование начинается словами «я тебя еще вот такуууусеньким помню». Ага. Я тебя помню, а ты-то меня не помнишь. Я сильнее, старше, опытнее, я тебя этак иносказательно в себе содержу.

Карма убивает в человеке господина. Сама мысль о том, что деревья и камни помнят давно забытые тобой прегрешения и опрометчиво взятые на себя обязательства, делает управление и планирование невозможным. Я не хочу сказать, что это совсем уж плохо. Воспитывает смирение в духе Венечки Ерофеева: «все на свете должно происходить медленно и неправильно, чтобы не сумел загородиться человек, чтобы человек был грустен и растерян». Но нужно четко осознавать последствия принятых стратегических решений, иначе можно случайно оказаться в Волшебной Стране, где тебя знают все, а ты — никого.

Подозреваю, что спасти положение жестким разграничением «легитимации через прошлое» и «утилизации отрефлексированного исторического опыта» будет непросто. Корень зла лежит в самих картезианских принципах отказа от авторитета «обычая и примера», ограничивающих доверие коллективного субъекта к самому себе. «Я мыслю, следовательно существую». Но мы не мыслим. Мыслить — это не коллективное времяпрепровождение, не партия в гольф. Следовательно, нет никакого «мы». Некоторые натяжки могут спасти «мы» за счет искусственного объявления мышлением некоторых форм коллективной деятельности. И такое решение будет полной катастрофой. Потому что Академия Наук станет «мы», совещание Совбеза ООН станет «мы», но госудраство, этнос, Церковь, село, волость, пролетариат, Западный фронт не смогут стать «мы». Такая метафизика деструктивна не менее, чем простой и понятный социальный номинализм, признающий лишь арифметические суммирование да усреднение и не знающий никаких других видов агрегирования. Опора на голое ratio в сущности и означает запрет на «мы». Особенно если ratio понимается в картезианском, жестковатом стиле.

Там, в мультфильме, еще кое-что хорошее было. Издевательства над анонимными алкоголиками, например (хотя, может быть, и нечестно высмеивать людей, занимающихся добрым делом). Еще более сильное впечатление оставила сцена в аквариуме, стоящем в кабинете стоматолога. Населяющие аквариум рыбы со скуки наблюдают за профессиональной деятельностью хозяина и даже входят в курс дела: «Начинается! Корневой канал. Судя по рентгену, дело серьезное. Прокладка-то на месте? Чем он его открывал, буром Гатора-Глидена, как обычно? Работает по методу Шилдера…» Прилетает альбатрос, шарахается в стекло: «Привет, что я пропустил?» — «Депульпирование канала» — «А чем открывал?» — «Буром Гатора» — «Гатор-Глиден! Что-то он в последнее время к нему пристрастился…» Супруга, глядючи это представление, от души потешалась, а я подумал, что вся наша дилетантская жежешная тусовка балующихся гуманитаркой технарей и естественников должна на этой сцене застыть с ощущением оплеух на обеих щеках. Всем нам, по большому счету, место в том аквариуме.

schwalbeman

GD Star Rating
loading...
Запись прочитали: 1 968