В логике существует такое правило, согласно которому из ложного утверждения может следовать утверждение какое угодно, в том числе и истинное. Есть такой ход мысли в книге «Вечный человек» непревзойдённого Гилберта Кийта Честертона. Речь там идёт о Ганнибале, блистательном полководце Карфагена.

Слово автору:

Пришло время подумать о более важных вещах. Война стоила денег, и, вероятно, в глубине души дельцы чувствовали, что воевать все-таки дурно, точнее, очень уж дорого. Пришло время и для мира, вернее, для экономии. Ганнибал просил подкрепления; это звучало смешно, это устарело, на очереди стояли куда более серьезные дела… Так рассуждали лучшие финансовые авторитеты, отмахиваясь от новых и новых тревожных и настойчивых просьб. Из глупого предрассудка, из уверенности деловых обществ, что тупость — практична, а гениальность — глупа, они обрекли на голод и гибель великого воина, которого им напрасно подарили боги.

Ганнибал после битвы при Заме действительно высказался в том духе, что его погубили жадные купцы и покинул страну, а слова его были подхвачены всеми, кто тогда и позднее был настроен против Рима и его растущего могущества, но так ли это было на самом деле? Даже не забираясь в дебри, а используя доступные источники, труды Полибия и Ливия, можно увидеть, что всё было несколько иначе. С самого начала войны с римлянами сторонники Ганнибала составляли большинство в совете и единодушно голосовали за финансирование его армии. Деньги приходили не всегда так быстро, как хотелось бы, но приходили, государство не жалело на это средств, а когда Сципион перенёс войну в Африку и римские войска подходили к Карфагену, уж конечно и у самых жадных купцов хватило ума понять, что не время перечить лучшему полководцу государства, единственной надежде города. В таком случае почему же Ганнибал был побеждён и Карфаген пал? Честертон, исходя из ложной посылки, даёт совершенно правильный ответ:

Он пал потому, что дельцы до безумия безразличны к истинному гению. Они не верят в душу и потому в конце концов перестают верить в разум. Они слишком практичны, чтобы быть хорошими; более того, они не так глупы, чтобы верить в какой-то там дух, и отрицают то, что каждый солдат назовет духом армии. Им кажется, что деньги будут сражаться, когда люди уже не могут. Именно это случилось с пуническими дельцами. Их религия была религией отчаяния, даже когда дела их шли великолепно. Как могли они понять, что римляне еще надеются? Их религия была религией силы и страха — как могли они понять, что люди презирают страх, даже когда они вынуждены подчиниться силе? В самом сердце их мироощущения лежала усталость, устали они и от войны — как могли они понять тех, кто не хочет прекращать проигранную битву? Одним словом, как могли понять человека они, так долго поклонявшиеся слепым вещам; деньгам, насилию и богам, жестоким, как звери?
Только эти слова применимы и к самому Ганнибалу не меньше, чем к карфагенским финансистам. Честертон мимоходом сравнил Ганнибала с Наполеоном, и это сравнение касается не только выдающегося полководческого таланта. Оба военных гения проиграли свои кампании потому что были представителями общества менее архаичного, чем у их противников.

Когда войско римлян было разгромлено при Каннах, Ганнибал считал войну законченой: разве можно воевать дальше, потеряв армию? Точно так же и Наполеон считал войну законченой, когда взял Москву: разве можно воевать дальше, сдав столицу? Что в этих условиях можно не сдаваться, не укладывалось в их просвещенных головах и погубило их обоих.

Как поклонники Наполеона уже двести лет говорят о морозах, погубивших великую армию, так и поклонники Ганнибала две тысячи лет твердят о благодатном климате Капуи, разнежившем великую армию. И если факты этому противоречат, тем хуже для фактов!

Будучи побеждён при Заме, Ганнибал оказался в той самой ситуации, в какой оказались римляне после Канн: армия разбита, враг у порога, что делать? Римляне стали собирать ополчение, объявив даже свободу рабам, которые пойдут в армию, а Ганнибал произнес свои знаменитые слова и уехал из Африки. Аналогично, когда войска союзников заняли Францию, Наполеон не стал организовывать партизанские отряды, а уехал из страны и сдался англичанам. Оба тем самым повторили свою же ошибку и показали, что их поражение не было случайностью и во всяком случае, точно не зависело от климата.

Как известно, не каждое архаичное общество выигрывает у более развитого противника, но определить  от чего это зависит — дело будущего исследования. Рабочая гипотеза — прогрессивное общество всегда проигрывает будущему владыке мира, независимо от его архаичности.  Думаю, у этой идеи есть некоторый потенциал. :)

GD Star Rating
loading...
Запись прочитали: 4 792